Криптоэксперт, it-предприниматель и основатель майнинговой компании Interhash Александр Лозбень перебрался в Дубай, когда это еще не было трендом. Он вообще любит опережать будущее: снимал контент для YouTube до того, как это стало массовым увлечением, занялся криптой на заре развития этой отрасли. В беседе с «Русскими Эмиратами» Александр рассказал, как работал в шоу-бизнесе, как превратился из хулигана в сверхорганизованного человека и какой видит свою миссию.

Текст: Андрей Захарьев

Обрести корни

Однофамильцев я никогда не встречал – фамилия у меня редкая. С окончанием «ин» – Лозбин – это была бы вполне обычная русская фамилия: как Ленин, Путин. Но окончание «ень» делает ее интереснее. Предположу, что на каком-то этапе ее написали с ошибкой – так и осталось. Либо у кого-то из моих предшественников возникла необходимость изменить ее намеренно – в нашей истории были разные времена. Пытаюсь в этом разобраться – полгода назад заказал генеалогическое исследование (оно пока в процессе). Недавно сделал ДНК-тест, и он показал, что у меня необычные корни – африканские племена, Индия, Восточная Европа и скандинавские страны. Но по национальности я – беларус, по ощущению – европеец.

Предел риска

Десять лет назад я жил в Минске, занимался маркетингом и организацией мероприятий. Бизнес был успешным, но по меркам Беларуси. Однажды я понял, что есть другой уровень жизни – яхты, «Ламборгини», – но как на них накопить, не знал.

Чувствовал, что достиг потолка и остановился. У меня всегда было хорошо с компьютерами, с IT, – в школе даже олимпиады по информатике выигрывал. Первое, что я сделал, – посмотрел в Сети, какие есть близкие мне направления. Это был 2016 год, биткоины были мне уже знакомы – я не покупал, но много про них слышал. Все это казалось мне рискованным, но я решил попробовать: тогда был майнинг на видеокартах Ethereum. Мы с другом скинулись по 750 долларов и купили первый GPU Rig (компьютерная система для добычи криптовалют). Нам очень повезло: за пару месяцев вложения окупились. Отрасль стала расти, и я понял, что надо вкладываться. Переломным стало решение вложить в видеокарты все наши деньги – 30 тысяч долларов. Я продал маркетинговый бизнес, машину. Друг поехал покупать видеокарты, мы должны были сделать предоплату в размере 30%, а остальное отдать по мере получения прибыли. Но, вернувшись, он сказал, что есть две новости: первая – он договорился о предоплате в 10%, вторая – купил товара не на 30 тысяч, а на 300. Таким образом, предстояло достать оставшиеся 270 тысяч. Нам это удалось, после чего мы ушли в большой плюс. Сегодня я думаю, что это было не только стремлением заработать и найти новую область развития, но и попыткой преодолеть барьер риска.

Сегодня эта область уже менее доступна: если мы начинали с 750 долларов, то сейчас порог входа – от сотни тысяч. Здесь работают крупные корпорации. Моя компания Interhash – это B2B-бизнес, который помогает зарабатывать еще больше, но уже не новичкам, а тем, кто хорошо ориентируется в крипте. Мы контактируем с крупными вендорами мира, предоставляем серверы и оборудование, оптимизируем соединения. У нас четыре офиса – в Дубае, Москве, Минске и Майами. Биткоин – наша путевка в будущее, и его нужно поддерживать, потому что те финансовые системы, которые сейчас существуют в мире, на мой взгляд, несправедливые и устаревшие.

Робототехника

Lamborghini я не купил – не захотелось. Часто так бывает: хочется то, на что не хватает ресурсов, но стоит им появиться, и уже не надо. Зато купил пару других спортивных машин, а сейчас езжу на Tesla Cybertruck. Я заработал деньги тем, что старался опережать время, заглядывать вперед и предвидеть, где окажется мир. Поэтому стараюсь покупать новые гаджеты, пользоваться ими для того, чтобы понять идею их создателей – куда мы движемся? Друзья подарили мне робособаку. Недавно я освоил актуальную профессию FPV-пилота – умею управлять дроном. В Дубае запускать их нельзя, но я использую симулятор на компьютере – у меня есть Apple Vision Pro. Недавно приобрел девайсы для чтения мыслей – это, конечно, громко сказано, но все же. Например, я никогда не мог медитировать – просто не ловил этого состояния и всегда думал, что это чушь. Тогда я нашел в Интернете интересные гаджеты, которые считывают активность мозга по типу прилива крови к разным зонам. Попробовал – и медитировать получилось. О том, чтобы самому что-то изобрести, я думаю постоянно, но пока ничего не сделал.

Средства хороши

Наверное, совру, если скажу, что деньги для меня не важны. Я люблю деньги, красивую жизнь, людей, одежду, приятные интерьеры, искусство. В чем-то я гедонист. Желания работать только ради денег у меня нет, но так было не всегда. Например, подростком я много думал о том, где заработать, чтобы сходить с девушкой в кино. Деньги были возможностью чувствовать себя на определенном уровне комфорта, безопасности. Сегодня я меняю мир вокруг себя, и для этого мне и нужны деньги. Можно, конечно, менять мир и без них, но тогда требуются влияние, власть. А пока я умею это делать только с помощью денег.

Зона интересов

Подростком я не понимал, кем хочу стать, и учился плохо. Несмотря на то, что у меня были хорошие оценки по информатике, я с трудом читал. Школу окончил с плохим аттестатом. Пришлось выбирать университет не из тех, куда я хотел, а из тех, что были доступны. Повезло поступить в Академию управления при Президенте Республики Беларусь на экономический факультет. С него меня отчислили, я перевелся в БГУ, оттуда снова отчисляли, я восстанавливался. Была странная ситуация: одни преподаватели звали меня в магистратуру, другие говорили, что я пень. (Смеется.) Так я сделал вывод, что могу заниматься тем, что мне по-настоящему интересно. Полностью отдаюсь тому, что мне нравится, и не могу заставить себя даже через силу делать то, что не по душе. Сегодня я четко вижу свое будущее в позитивном приближении прогресса. Объясню: мы часто оказываемся в ситуациях, которые могут качнуться в разные стороны. Например, искусственный интеллект – хорошо это или плохо? А свобода в Интернете – надо ее ограничивать или нет? Таких морально-этических аспектов много, и криптовалюты они тоже касаются. Сколько людей потеряли на этом деньги! Но в то же время это система, способная обеспечить финансовую свободу. И таких примеров много. Молотком можно забить гвоздь, а можно проломить череп. Моя задача – делать так, чтобы новые технологии улучшали нашу жизнь, а не ухудшали. Сейчас я пишу книгу на эту тему. Например, в Калифорнии пару лет назад проголосовали за запрет системы распознавания лиц в камерах наружного наблюдения. С одной стороны, это плохо – ведь хочется жить в мире, где нет преступности. С другой – появляются соблазны этой системой злоупотреблять: ограничивать свободу личности на передвижение.

Плохое поведение

Родителям я изрядно попортил нервы своими выходками в школе. Но хулиганы часто вырастают успешными и незашоренными – я и по друзьям это вижу. Отличникам тоже это удается, но реже: люди, выросшие в ежовых рукавицах контроля, в какой-то момент дорываются до свободы, которая их губит, и они катятся вниз по социальной лестнице. А те, кто в молодости наигрался, в осознанном возрасте смотрят на жизненные соблазны спокойно и рассудительно. Замечали, что вчерашние заядлые тусовщики лучше всех бегают марафоны? Чем ярче горело в молодости, тем сильнее «зожнет» в зрелости. А профессиональные спортсмены, наоборот, часто сходят с верного пути и пускаются во все тяжкие.

Два типа людей

В юности я организовывал мероприятия, продвигал артистов, и друзья сказали, что нам обязательно надо поработать с Максом Коржем – мы будто созданы друг для друга. Сегодня это популярный артист, а тогда он только начинал. Мы познакомились, и все пошло сложно – у нас отличались видения, мы спорили и однажды решили прекратить сотрудничество. Я помог ему продвинуть песню «Небо поможет нам», а потом он ушел к группе «Каста», в лейбл Respect Production. Спустя несколько лет я пришел на его концерт в «Минск-Арене». Сидел на трибуне и думал: сколько же денег я потерял из-за того, что вышел из проекта раньше времени? Но понимал, что тогда не мог дать ему тех возможностей, которые предложила «Каста». А еще, возможно, если бы я остался с ним работать, то застрял бы в индустрии развлечений. В итоге я реализовался более амбициозно. Все в жизни происходит вовремя. Лет пятнадцать назад развивать энергетический бизнес мне было бы скучно – тогда хотелось тусоваться, проводить время в барах и знакомиться с красивыми девочками. Примерно это я и делал. Может быть, кто-то скажет, что серьезный человек не будет заниматься такой ерундой, но я не соглашусь – потому что все это меня сформировало. Я освоил то, чему не учат в школах и университетах, – базовые навыки коммуникации, выстраивания связей, администрирования процессов.

Город-сказка

Я не скучаю по Минску. Это был определенный этап в жизни, а сейчас у меня другой этап – жизнь в Дубае, мой осознанный выбор. До того как начать здесь жить, я приезжал на неделю или две, а дальше все произошло само. Опять же, это случайное чувство тренда. Так было с YouTube: мы делали там контент с артистами еще до того, как эта платформа стала популярной. С биткоином вышло то же самое: я занялся им, когда это еще не приобрело масштаб. Так же вышло и с Дубаем: приехал сюда за пару лет до волны русскоязычных экспатов. Мне нравится амбициозность этого места. Здесь нет задачи сделать хороший город – все направлено на то, чтобы сделать город лучшим. Это меня драйвит: в Дубае мне тоже хочется прикладывать усилия. Я не воспринимаю его чужим – это мой дом. Здесь тот темп жизни, который меня устраивает. Если бы я строил город, его философия была такой же – быстрее, выше, сильнее. Супербезопасно, солнечно, красиво. Да, есть негативные стороны в виде жаркого лета или отсутствия прогулочных зон – я люблю пройтись по Даунтауну, но возможности сделать это в других частях города мало. Многое еще предстоит, но то, что уже сделано, – шикарно. Это настоящее визионерство. Я читал книгу Мохаммеда бен Рашида Аль Мактума «Мое видение». Это бизнес-литература, написанная понятным языком о том, как люди строят мир – развивают технологии, привлекают умных, трудоспособных людей, создают баланс безопасности, самореализации, поддерживают допустимый уровень свободы, – и я полностью разделяю такой подход.

Игры разума

Есть известное выражение: «Выбери работу, которая нравится, и тебе не придется работать ни дня». Это про меня – я не провожу границу между работой и отдыхом. Летаю по миру на встречи и конференции, там же и отдыхаю. В будни езжу в офис, где все создано для работы – приятная атмосфера, интерьер. Могу я работать дома или в кафе? Да, но зачем? В то же время понимаю, что мои рабочие вопросы не ограничиваются прямыми делами компании. В офисе я могу читать книгу, принимать друзей. Недавно видел рилс о том, как зарабатываются деньги в «Кофемании» – там придумывают идеи, которые потом монотонно реализуют. Хочу, чтобы мое рабочее пространство было именно таким.

Свой рабочий процесс я стараюсь геймифицировать. Даже финансовый отчет у нас выглядит как зарабатывание новых ачивок. Многое внутри себя объясняю как видеоигру: формирую команду, представляю карточки игроков, их плюсы и минусы, навыки и достижения.

Упражнения в прекрасном

Хобби у меня одно – все время осваивать что-то новое. Чем я только ни увлекался: каллиграфия, программирование; интересовался чаем, погружался в мир живописи, в прошлом году встал на лыжи. В Минске гор нет, а здесь слишком тепло, но я решил, что пора. А сейчас моя цель – получить хороший гандикап в гольфе. Еще я сегодня катался на вейксерфе – Дубай к этому располагает. Стараюсь менять свои увлечения – это помогает поддерживать кругозор и ярче ощущать жизнь. Коллекционирую произведения искусства, в основном современного. Люблю стрит-арт – наверное, так сказывается юношеское увлечение хип-хопом. У меня есть работы художника-каллиграфа Покраса Лампаса, Евгения Чеса, Zak Mini Monster, MAX13 и других русских авторов. Слежу и за работами Шепарда Фейри – он американец, но в Дубае фокус смещается.

Звучит как план

Затащить меня на вечеринку невозможно. При одной мысли, что надо куда-то идти на ночь, мне становится не по себе. У меня вообще к мероприятиям особый подход – я люблю составлять To-Do листы. На этот год было намечено 108 целей. Они поделены на кластеры: образование, личная жизнь, здоровье, работа, финансы. В каждый я могу спокойно накидывать по десять-двадцать пунктов. Не всех целей удается достичь, но 60–80% – уже хороший результат. Списки часто решают проблему выбора: видишь рабочую конференцию в определенном месте, понимаешь, что она пересекается с целями из списка, и решаешь ехать. Был момент, когда мне захотелось увидеть разные классные мировые события – например, открытие Олимпиады, потому что в детстве, с родителями его смотрел. Потом однажды заметил, как люди в баре собираются на футбольный матч, и решил, что надо побывать на чемпионате. Добавил в свои списки и бразильские карнавалы. И когда появились деньги, я посетил все эти мероприятия. Чемпионат мира в Катаре – 80 тысяч орущих болельщиков! Но в футболе я не сильно разбираюсь – мне не хватало комментаторов, планов, красивого слоу-мо. А еще вход и выход на стадион – это долго, плюс сидишь на трибунах на неудобных стульях с незнакомыми людьми. Открытие Олимпиады я смотрел в Париже. Феноменально плохо все было организовано, и к тому же шел дождь. Я представлял себе все совершенно иначе. На карнавал слетал в Рио – тоже трэш: долго, ничего не видно. В общем, это был список разочарований. В итоге я понял: хочешь что-то посмотреть – лучше сделать это по ТВ. Купил себе самый лучший телевизор, который смог найти. Дорогой, но его стоимость меркнет в сравнении с ценами на билеты и проживание в Париже во время Игр. А если хочется чего-то иммерсивного, то на Apple Vision есть шедевральные форматы. В общем, хожу я только на те мероприятия, которые мне действительно нравятся. Еще считаю, что музыку надо слушать живьем – энергетику через экран телевизора передать невозможно.

Что такое хорошо

Вкус нельзя воспитать. Но это и не нужно – важна насмотренность, потому что вкус – как мышца, бицепс. Ты не можешь прийти в зал и один раз потягать гантели – надо делать это регулярно, и спустя время мышца проявится. Это, как правило, 10 тысяч часов, которые надо потратить для достижения мастерства в чем-либо. Со вкусом так же: невозможно разбираться во всем. Нравятся книги – читай больше, и будешь понимать, что хорошо, а что плохо. Самое главное, что плохого и хорошего не существует. В этом суть вкусовщины. Например, в моем понимании Антонио Гауди – лютый кич и безвкусица. При этом он один из известнейших архитекторов мира. И таких спорных моментов очень много. Это как цвет: какой лучше, желтый или зеленый? Неважно – они оба классные и оба нам даны.